Спецслужбы противника для осуществления диверсионных актов и сбора разведывательной информации в прифронтовой полосе активно использовали советских детей и подростков в возрасте 13–15 лет. Так, 30 и 31 августа 1943 года на территорию Курской области было сброшено на парашютах около 30 подростков-диверсантов, прошедших обучение в Киссельской (Германия) разведшколе и снабженных толом в виде кусков каменного угля. Часть из них, сразу после приземления, явилась с повинной, другие были задержаны местными контрразведчиками.
Но еще задолго до Курской битвы, 25 февраля 1942 года на территории Корочанского района, чекистами был задержан 13-тилетний Анатолий Козьменко. В ходе допроса он рассказал, что до войны проживал в Курске. 3 ноября 1941 года при артобстреле города был разрушен родительский дом и погибла его мать. Немецкий офицер, назвавшийся Балашевым, пригласил Козьменко и его трех товарищей-одноклассников, также лишившихся родителей и жилья, в двухэтажное здание на пресечении улиц Дзержинского и Луговой, где ребят покормили, дали отдохнуть, а потом предложили пойти в разведку в тыл Красной Армии. Подростки согласились. В организованной гитлеровцами спецшколе обучалось около 50 ребят в возрасте 10–14 лет. Детей не только хорошо кормили, но и вели изощренную психологическую обработку. Выполнять задания немецких спецслужб заставляло подростков не только отсутствие жилья, голод, но и чувство страха: однажды, на глазах курсантов, немцы расстреляли незнакомого им мальчишку за то, что тот, побывав за линией фронта, рассказал красноармейцам о разведшколе и своем задании.
3 мая 1943 года в Тимском районе задержали 4-х «попрошаек» в возрасте от 12 до 15 лет. В отделении НКГБ они рассказали, что зимой 1943 года немецкий офицер отобрал до двадцати мальчишек и вместе с некой учительницей Лидией Николаевной учил их распознавать и отличать советскую военную технику от аналогичной немецкой. После подготовки и тренировок, подростков на машине доставили в город Щигры, где познакомили с неким «дядей Ваней», и от которого получили задание ходить по селам и под видом нищенствующих собирать данные о движении частей Красной Армии. Это задание они выполнили, от немецкого офицера получили по 200 рублей и до отступления немцев состояли на котловом довольствии.
Вместе с тем, как свидетельствуют архивные документы, практически каждый второй подросток, завербованный германскими спецслужбами и направленный в тыл Красной Армии, являлся с повинной в органы НКВД или особые отделы воинских частей.
