Чем дальше отдаляемся мы от кровопролитных боев летом 1943 года на Курской дуге, зачастую называемой «Огненной дугой», тем отчетливее и глубже понимаем их важность для победоносного завершения Великой Отечественной войны. Историческое значение воинского подвига, совершенного на Курской земле советскими стратегами-генералами, офицерами и рядовыми танкистами, летчиками, артиллеристами, пехотинцами, а также населением региона, по которому прокатилось одно из жесточайших сражений второй мировой войны, в том и состоит, что здесь была похоронена последняя попытка военно-политического руководства Германии повернуть течение войны в свою пользу.
Курская битва, ко всему прочему, явилась подлинным триумфом и для советских органов безопасности. Чекисты регулярно информировали Государственный Комитет Обороны, Ставку Верховного Главнокомандования и военное командование фронтов и армий о планах вермахта, дислокации и передвижении германских войск, вели активную контрразведывательную работу в условиях жесточайших боев и на территории освобожденных от немецко-фашистских оккупантов областей.
Советские разведчики проникли в «Цитадель»
После поражения вермахта в Сталинградской битве Германия предпринимала отчаянные попытки к возвращению стратегической инициативы. С этой целью к середине апреля 1943 года немецким командованием был разработан план наступательной операции на советско-германском фронте, получившей кодовое наименование «Цитадель».
Главные цели и задачи операции «Цитадель» Гитлер объявил 15 апреля 1943 года, а ее подготовка проходила в условиях строжайшей секретности. Для наступления был избран так называемый Курский выступ, образовавшийся к концу марта 1943 года в ходе зимне-весеннего наступления советских войск и глубоко вдававшийся в расположения немецких армий. Главные удары гитлеровские стратеги предполагали нанести силами группы армий «Центр» (из района южнее Орла) и силами группы армий «Юг» (из района севернее Харькова). Ударами в общем направлении на Курск противник планировал окружить и разгромить размещавшиеся здесь войска Центрального и Воронежского фронтов.
На чашу весов были брошены значительные материальные и людские ресурсы рейха, а также последние достижения немецкой военной мысли. На сверхсекретных заводах создавалось германское чудо-оружие: танки «Тигр» и «Пантера», самоходная артиллерийская установка «Фердинанд», самолеты «Фокке-Вульф-190-А» и «Хейнкель-129».
Важная роль в обеспечении летней кампании 1943 года отводилась германским разведывательным органам. Их задача заключалась в том, чтобы, с одной стороны, обеспечить внезапность и скрытность подготовки этой операции, а с другой – разведать силы противника: дислокацию, численный состав, вооружение, планы командования.
Но и месяца не прошло со дня утверждения операции «Цитадель», а намерения гитлеровцев уже были известны Москве. Еще в марте 1943 года разведывательная информация о предполагаемых планах германского командования на летнюю военную кампанию, поступавшая в 1-е Управление НКГБ СССР и 4-е Управление НКВД СССР, а спустя некоторое время и в органы военной контрразведки «Смерш», носила отрывочный и не всегда конкретный характер. Однако уже в апреле 1943 года советской резидентурой в Лондоне были добыты исключительной важности материалы.
Вовсе не случайно маршал Советского Союза Г.К. Жуков отмечал: «Безусловно, благодаря блестящей работе советской разведки весной 1943 года мы располагали рядом важных сведений о группировке немецких войск перед летним наступлением. Проанализировав их, мы смогли о вероятных планах противника сделать выводы, которые впоследствии оказались верными».
Для советского командования было важно знать не только общие планы немцев на лето 1943 год, но и конкретные данные о направлении главного удара и дислокации германских войск. В том, что, несмотря на активные действия противника по дезинформации, советское военно-политическое руководство правильно определило направление главного удара, была немалая заслуга нашего земляка-чекиста К.М. Кукина.
Константин Михайлович Кукин пришел в советскую внешнюю разведку в 1931 году. Выполнял секретные миссии в Китае, США. А с мая1943 года руководил всей сетью нашей разведки в Англии и, в частности курировал деятельность знаменитой «кембриджской пятерки», получившей свое название потому, что все члены группы были студентами университета в Кембридже. Новый советский резидент, действовавший под прикрытием должности советника посольства СССР в Великобритании, сумел не только сохранить высокий уровень оперативной работы, но и обеспечить получение важных документальных материалов по всем интересующим Москву вопросам. В частности, непосредственно от входивших в «большую пятерку» Кима Филби и дешифровальщика Джона Кернкросса, наша резидентура получила данные о планируемом немцами летом 1943 года наступлении под Курском под кодовым названием «Цитадель».
Материалы, полученные сотрудниками лондонской резидентуры от «кембриджской пятерки», всего свыше двух тысяч документов по самым разнообразным военным и политическим проблемам, передавались шифровками или дипломатической почтой в Москву. Сведения о технических характеристиках «Тигра», который перебрасывался в район Курской дуги для наступательных боев, позволили разработать снаряды, способные поражать броню немецких танков. 6 мая 1943 года на всем протяжении фронта от Смоленска до Азовского моря, советская авиация нанесла бомбовые удары по 17 аэродромам врага. Такие же налеты повторены и в последующие дни. В ходе этой крупнейшей операции нашими летчиками было совершено свыше 1400 вылетов, уничтожено до 500 самолетов «люфтваффе», использование которых намечалось в воздушных боях на Курской дуге. Точные координаты дислокации аэродромов советскому командованию представил Дж. Кернкросс.
Курские разведчики в тылу врага
Сведения о готовящейся операции под Курском были получены органами безопасности и из других источников, в том числе от ряда наших спецгрупп, действовавших в тылу врага. Накануне сражения на «Огненной дуге» от разведчиков УНКГБ по Курской области, заброшенных в тыл противника, стали поступать данные об интенсивности передвижений гитлеровских частей в сторону фронта. Эти разведывательные материалы получили дальнейшее развитие и детализацию в ходе активной зафронтовой работы 4-го Управления НКВД СССР (организация террора и диверсий на занятых немцами территориях), возглавляемого комиссаром госбезопасности 3-го ранга П.А. Судоплатовым. Разведывательно-диверсионные чекистские группы постоянно действовали в районах сосредоточения германских войск и на маршрутах их перемещения, получая оперативно-значимую информацию.
Одновременно наращивали свою деятельность и органы военной контрразведки «Смерш», добывавшие разведывательные данные тактического характера(о численности, боевом составе и направлениях ударов армейских корпусов и дивизий противника) и оперативно доводя их до командования Значительную часть такого рода сведений они получали от захваченных в плен агентов немецких спецслужб и перебежчиков.
Таким образом, организованная и целенаправленная деятельность всех видов разведки помогла Ставке Верховного Главнокомандования раскрыть замысел противника, установить состав его ударных группировок и направление готовящихся ударов. Курская битва стала едва ли не единственным сражением в мировой военной истории, когда одна сторона имела все необходимые разведывательные данные для отражения атаки и организации мощного контрнаступления.
Партизанские отряды и диверсионные «пятерки»
С первых дней Великой Отечественной войны курские чекисты и на фронте, и в тылу, и на временно оккупированной территории вели напряженную борьбу со спецслужбами противника. Одной из важнейших задач органов госбезопасности являлся сбор разведывательной информации военно-политического и экономического характера. Основную роль по систематическому направлению в тыл противника разведчиков и диверсантов играло 4 Управление НКВД СССР и его подразделения на местах. В августе 1941 года был создан 4 отдел УНКВД по Курской области, который возглавил В.Т. Аленцев.
Виктор Терентьевич Аленцев был переведен в Курск в апреле 1939 года из Москвы, где работал в аппарате НКВД СССР. Войну В.Т. Аленцев встретил в должности заместителя начальника управления НКВД по Курской области. На него были возложены организация и руководство боевой деятельностью истребительных батальонов, партизанских отрядов и диверсионных «пятерок».
Через линию фронта для сбора развединформации, а также проведения диверсионных актов в составе специальных оперативно-чекистских групп перебрасывались кадровые сотрудники УНКВД по Курской области М. Круподеров, А. Травенко, А. Зарубин, Н. Стеганцев и др. Организация разведки на оккупированной территории – дело не из легких. Особо хотелось бы обратить внимание на ту опасность, которой подвергали себя разведчики-маршрутники. Ведь, например, согласно приказа немецкого командующего Белгородским округом, гражданскому населению воспрещалось хождение между селами. Правом передвижения пользовались только лица, получившие на то соответствующее удостоверение городской комендатуры, выдаваемое только в случае крайней нужды (вызов врача, хождение на базар и другие хозяйственные потребности). Эта справка подтверждала, что данный гражданин живет в своем селе, политически благонадежный и направляется по указанным делам в определенную местность. Лица обоего пола, захваченные без документов в военной или гражданской форме, подлежали смертной казни через повешение.
200 километров по оккупированной территории
С июля по сентябрь 1942 года чекисты-разведчики Н.Е. Стеганцев и А.И. Зарубин для сбора информации о дислокации войск и штабов противника, скоплении военной техники прошли пешком более 200 километров по оккупированной территории Фатежского, Троснянского, Ленинского (сельского), Иванинского и других районов области. В Курск они проникли под видом мирных жителей и с документами, выполненными специалистами 4 Управления НКВД СССР. Оперативникам удалось собрать большое количество ценной информации о размещении войск и объектов противника и благополучно вернуться на базу. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 20 сентября 1943 года за образцовое выполнение правительственного задания в тылу врага Н.Е. Стеганцев и А.И.Зарубин были награждены орденом «Знак Почета».
Сотрудники органов безопасности в своей борьбе со спецслужбами Германии всегда пользовались поддержкой советских людей. Так, во 2-й спецшколе 4 отдела УНКВД по Курской области, созданной в мае 1942 года, был подготовлен 91 разведчик. Кроме того, для ведения разведывательной работы чекистами привлекался 571 советский патриот, в основном из числа коммунистов и комсомольцев. Только с сентября 1941 года по июль 1942 года от разведчиков, направленных во вражеский тыл, поступило 138 донесений о расположении штабов противника, 17 – о местах нахождения аэродромов и посадочных площадок, 543 – о местах концентрации германских войск, 836 – о размещении огневых точек, 51 – о наличии баз и складов, 2 донесения о местах дислокации немецких разведывательных органов. За предоставление ценных сведений о противнике 8 разведчиков получили благодарность от командования армий, а Сегеда, Павлюкова, Андреева и Белорусский командованием 21 армии были представлены к правительственным наградам.
Агенты-парашютисты
Летом 1943 года перед гитлеровскими агентами, забрасываемыми на территорию Курской области, ставилась задача парализовать железнодорожное сообщение на участках: Щигры – Отрешково, Ст. Оскол – Н. Оскол, Ст. Оскол – Ржава, на железнодорожной станции Касторное, путем подрыва во время следования воинских эшелонов с живой силой и боеприпасами, а также выводить из строя паровозы, подбрасывая в топки взрывчатку, замаскированную под куски угля. Диверсанты имели задания установить места дислокаций воинских частей и аэродромов в районах: Касторное – Льгов, Льгов – Курск, в Новом Осколе, в окрестностях Белгорода, изучить моральное состояние советских войск и местного населения. Шпионы проходили специальную подготовку, надлежащим образом экипировались, чаще всего в форму военнослужащих Красной Армии, обеспечивались надежными документами, взрывчатыми веществами, оружием, средствами связи, деньгами и продуктами питания.
В связи с этим перед курскими контрразведчиками была поставлена задача по обезвреживанию германских агентов-парашютистов. Для этого использовались такие меры, как организация системы заградительной службы в прифронтовой полосе, создание оперативно-поисковых и розыскных групп, привлечение к поиску агентов гражданского населения области. С целью охраны тыла и соблюдения военного режима вновь были созданы истребительные батальоны, действовавшие под оперативным руководством чекистов.
Только летом и осенью 1943 года сотрудниками УНКГБ по Курской области с использованием выше названных мер было задержано 48 германских шпионов и диверсантов с оружием, взрывчаткой, радиостанциями. Например, 14 июля 1943 года в 23 часа на территории Чернянского района силами райотделов УНКГБ и УНКВД были задержаны парашютисты-диверсанты Митрохин и Самодуров, вооруженные пистолетам, одетые в форму рядовых красноармейцев с соответствующими документами. Оба при себе имели взрывчатку и должны были подорвать железнодорожное полотно на участке Старый Оскол – Новый Оскол во время прохождения воинского эшелона.
27 июля 1943 года в районе селе Безленки Ястребовского района на парашютах были сброшены диверсанты Булыгин и Черников. Явившись с повинной в РО УНКГБ, они рассказали, что были направлены немцами с заданием взорвать железнодорожное полотно на участке между станциями Старый Оскол – Ржава.
Операция «Сосна»
Несомненный интерес у читателей вызовут документальные материалы разработанной и проведенной курскими чекистами спецоперации «Сосна». В августе 1943 года оперативная группа УНКГБ Курской области в составе А. Егорова, К. Коптева и радиста Л. Колесникова была заброшена в тыл противника, где осуществила ряд разведывательно-диверсионных и пропагандистских мероприятий, в результате которых на сторону Красной Армии перешли 132 бойца из батальона Русской освободительной армии (РОА), был разгромлен вражеский штаб, убит немецкий генерал и захвачены ценные документы. Одним из главных действующих лиц этой операции была двадцатилетняя партизанка Мария Старостина.
Оперативные группы УНКГБ Курской области в освобожденных районах выявляли вражеских агентов, предотвращали диверсионные акты, организовывали охрану общественного порядка, вели борьбу с бандитизмом, грабежами, спекуляцией, обеспечивали безопасность движения поездов, охрану железнодорожных станций и мостов, изымали у населения огнестрельное оружие, боеприпасы и радиоаппаратуру.
Блиц-крах
Успешному проведению мероприятий по задержанию сотрудников и агентов фашистских разведывательных центров способствовала четкая организация заградительной службы: прочесывание местности и осмотр освобождаемых от противника населенных пунктов, проверка чердаков, подвалов, землянок и других мест возможного укрытия фашистских разведчиков и диверсантов.
Необходимо отметить, что во время нахождения всего состава УНКГБ-УНКВД в эвакуации, когда управление размещалось в Старом Осколе, Ельце, Задонске, сюда продолжала поступать контрразведывательная информация о разведывательных и карательных подразделениях немцев, дислоцировавшихся на территории Курской области. Через зафронтовую агентуру были получены данные о размещавшихся в Курске и некоторых районных центрах штабов и школ тайной полевой полиции (ГФП), разведорганов «Антон–1» и «Визель», фельдкомендатуры № 194 (г. Рыльск).
Курским контрразведчикам были известны установочные данные сотрудников вышеназванных германских спецслужб из числа советских граждан, что в значительной степени облегчило работу по розыску и разоблачению изменников Родины, активных карателей, совершивших тяжкие преступления против своего народа. Так, в феврале 1943 года был арестован бывший помощник командира артиллерийского П. Озерский, выдавший в ноябре 1942 года оккупантам разведывательно-диверсионную группу инженера Живчикова, готовившую к взрыву четырехэтажное здание офицерской гостиницы по улице Колхозной.
Оперативниками и следователями было арестовано и привлечено к уголовной ответственности около 500 полицейских-карателей из так называемой бригады Каминского, дислоцировавшейся на территории Дмитриевского, Михайловского и Хомутовского районов, которые устраивала массовые облавы на партизан и их семьи, арестовывала советских патриотов и сжигала населенные пункты вместе с жителями.
Курские контрразведчики внесли весомый вклад в обезвреживание германских шпионов и диверсантов в прифронтовой полосе. Согласно архивным материалам на 1 октября 1944 года чекистами местного УНКГБ было арестовано 12 898 активных фашистских пособников и предателей, в том числе 381 агент немецких разведывательных органов.
Следует отметить, что непосредственно с противником курские оперативники соприкоснулись ранней осенью 1941 года, когда следователи УНКВД допрашивали два десятка немецких военнопленных, для которых «блиц-криг» обернулся «блиц-крахом». Протоколы допроса и дневниковые записи ефрейтора Г. Шельперта, 1910 г. р., отца 2 детей, до призыва в армию возглавлявшего отдел объявлений Нижне-Силезской дневной газеты, члена национал социалистической партии Германии с 1937 года, позволяют увидеть, наряду с информацией чисто военного характера, общественно-политические процессы в Германии накануне и во время войны с Россией, начало и ход боевых действий, отношение немецких военнослужащих, их родных и близких к событиям на Восточном фронте «глазами» простых солдат.
Высочайшая степень интенсивности агентурной и разведывательно-диверсионной деятельности курских чекистов отмечались в период подготовки и проведения операции «Цитадель». Насколько эффективной была эта деятельность свидетельствует тот факт, что, несмотря на передвижение большого количества советских военнослужащих и боевой техники через территорию области, германским спецслужбам не удалось совершить серьезного диверсионного акта. Противник не смог также собрать представляющую интерес для немецкого командования разведывательную информацию, что в значительной степени способствовало нашей победе в сражении на Курской дуге.
Основываясь на достигнутых результатах боевой работы и «за образцовое выполнение заданий правительства по охране государственной безопасности в условиях военного времени» большая группа курских чекистов была награждена орденами и медалями. В частности, орденом Красного Знамени были награждены В.М. Казаков и В.Ф. Кремлев, орденом «Знак Почета» В.Т. Аленцев, возглавлявший УНКГБ Курской области в период подготовки и проведения боев на «Огненной дуге».
По мере удаления линии фронта на освобожденной территории области восстанавливались городские и районные отделы УНКГБ, которые в дальнейшем работали как обычные территориальные органы.
Развитие российского государства тесно связано с укреплением национального суверенитета, сохранением территориальной ценности, своевременным определением угроз внешней и внутренней безопасности. Эти задачи успешно решались органами государственной безопасности в годы Великой Отечественной войны и являются важными в современных условиях.
На фото курянин Константин Кукин, советский разведчик и дипломат