По мере приближения начала операции «Цитадель» напряженность между противоборствующими сторонами нарастала. 2 июля 1943 года, за три дня до начала наступления германских войск на Курской дуге, начальник 4 Управления НКГБ СССР П.А. Судоплатов, направил курским чекистам распоряжение развернуть работу по планированию спецмероприятий на предприятиях города.
Под «спецмероприятиями» или «спецдиверсиями» подразумевалось разрушение минами замедленного действия, а также путем управляемого минирования объектов жизнеобеспечения, промышленных предприятий и административных зданий в случае повторной оккупации фашистами города. По всей видимости, у советского военно-политического руководства не было полной уверенности в том, что Красная Армия сможет выдержать натиск гитлеровцев после начала битвы под Курском. В директиве Центра подчеркивалось, что вся деятельность оперативных сотрудников по фактической подготовке к проведению спецоперации должна была осуществляться «в строго конспиративном порядке, с нашей санкции и при соответствующих прикрытиях».
П.А. Судоплатов дополнил машинописный текст приказа припиской от руки, непосредственно обращенной к начальнику УНКГБ по Курской области подполковнику госбезопасности В.Т. Аленцеву, требуя лично проследить за ходом работ в связи с указанием Наркома НКГБ СССР В.Н. Меркулова о необходимости принятия всех мер, чтобы «составление рабочих планов, подготовка… и все мероприятия, связанные с этим делом, проводились бы без шума и не стали достоянием противника».
Для непосредственной подготовки «спецмероприятий» в Курск прибыла группа сотрудников 4 Управления НКГБ СССР под руководством инженер-капитана А.П. Семынина. В число объектов, намеченных к уничтожению минами замедленного действия непосредственно перед оставлением города, были включены
центральная электростанция,
кожевенный завод, мельница,
городской узел связи, расположенный по ул. Почтовая, 10,
здания обкома партии (на ул. Бебеля, 10),
горсовета (ул. Радищева, 42),
управления НКГБ (ул. Пастуховская, 21),
управления НКВД (ул. Робеспьера, 9),
драмтеатра (Ямская гора), а также электростанции в Обояни, Льгове, Старом Осколе, Валуйках и ряд предприятий области.
Планировалось также уничтожить путем управляемого минирования (уже после оставления города) помещения школы №7, Дома пионеров, облпотребсоюза, где располагались во время оккупации немецкие воинские части, и особняков по ул. Володарского, 65 и по ул. Микояна, 21, в которых проживали генерал и городской голова.
Подготовка к взрывам производились с 10 по 17 июля 1943 года в условиях строгой секретности и под предлогом выбора зданий и мест в них для сооружения огневых точек в случае новых боев в областном центре. У оперативников, задействованных в спецоперации, имелись соответствующие документы прикрытия от Управления оборонительного строительства №34, ведущего эти работы в Курске.
Но приводить в действие «взрывной механизм» не пришлось. Выстояв в ходе тяжелых, изматывающих обе стороны оборонительных боев, советские войска 12 июля 1943 года перешли в контрнаступление на орловском направлении. Угроза повторной оккупации города была снята, а «Дело по специальной диверсии в Курске» сдано в архив местных органов госбезопасности.
#курскаябитва_80